Текст | Школьники

«Вот и всё. А как ещё?»

Поздняя осень. Около восьми вечера. Темный переулок. Компания примерно из двадцати человек стоит с какими-то вещами. От них пахнет дешёвым спиртом и сигаретами. Одеты в потрёпанную одежду, некоторые еле стоят на ногах. Создаётся ощущение, что ты попал в неблагополучный район. Гул проезжающих мимо поездов заглушает разговоры этих людей. У них есть что-то общее, что-то, что их объединяет. У них нет дома.

Ночной автобус. Так называется акция «Ночлежки» — благотворительной организации, помогающей бездомным людям, попавшим в непростую жизненную ситуацию. По будням каждый вечер их автобус развозит еду по заранее определённым «остановкам».

Придя на одну из таких, поначалу покажется, что вокруг какая-то странная компания. Люди стоят достаточно близко друг к другу, разделившись группками по три-четыре человека. Одни общаются о том, сколько сегодня получилось собрать денег, другие интересуются, где же задерживается автобус. Некоторые просто курят, а кто-то находится в ужасном состоянии, и не может связать даже двух слов. Вот неподалёку проезжает шумный поезд и заглушает простые разговоры о жизни. Приходит их старый знакомый. Радостно поприветствовав приятеля, они начинают расспрашивать его о том, как прошёл день. Попытавшись влиться в разговор других, понимаешь — речь идёт об автобусе.

— Слышал я, что недавно автобус то расколотили.

— А кто ж расколотил то?

— Да не знаю, в аварию попал, вроде. Там так все плохо, лбом прямо в столб влетел.

— Сегодня, значит, на другой машине привезут. Долго же они его будут чинить.

— Конечно, долго, проще новый купить будет, чем починить.

Опросив пару бездомных, нашли и человека, который раньше был волонтёром, но по определённым причинам сам попал на улицу.

«Вот и всё. А как ещё?», изображение №1
«Вот и всё. А как ещё?», изображение №2
1 из 2

— Общаюсь со всеми дежурными палаток, волонтёров многих знаю, помогаю часто. В воскресенье даже пол пакета пирожков дали за это, конфет две коробки. А мне не надо ничего, я просто так это делаю. Работал и раньше, но поругался кое с кем, а потом пошёл дежурным в палатку. Ну и сорвался. Сейчас просто пью. Прям вот сказал честно, как есть. Вот на улице нахожусь с женой беременной. Но это временно, сейчас всё наладится. Пару месяцев потерпеть и всё в гору пойдёт. Записан сейчас в реабилитационный центр на Боровой 112. Вот пройду, и всё будет хорошо.

«Вот и всё. А как ещё?», изображение №3
«Вот и всё. А как ещё?», изображение №4
1 из 2

Специально подготовленные психологически и практически люди развозят суп и чай со сладостями, рассказывают о том, как выбраться с улицы, пойти работать, вернуть потерянные документы и т.п. Они также просто общаются с людьми и оказывают моральную поддержку. По пятницам, помимо волонтёров, выезжают и медики, чтобы оказать первую помощь нуждающимся.

Такой работой занимаются волонтёры. Подробнее об их деятельности нам рассказал один из них, мужчина по имени Сергей.

— Я уже четыре года занимаюсь волонтёрством и давно понял, что самое главное в работе с бездомными людьми – это поддержка, разговор и просто что-то горячее. Есть у меня и знакомые среди этих людей. Вот, например, Николай, он раньше у нас работал. Наша организация практически целиком волонтёрская, без них бы она просто не существовала. Я вообще считаю, чтобы сделать что-то настоящее, человек должен заниматься этим от души, бесплатно. Мне кажется,это хорошее дело.

Пообщавшись с одним бездомных и расспросив его о жизни, узнали, как он оказался на улице и как узнал о «Ночлежке».

«Вот и всё. А как ещё?», изображение №5
«Вот и всё. А как ещё?», изображение №6
1 из 2

— Я вот о «Ночлежке» услышал недавно, хотя интернет у меня дома был. Я сам из Беларуси, Бреста, знаете такой город? Как запасной вариант рассматривал. Рабочие дома мне не подходят, ну, сами знаете, что там творится. Услышал от друзей, попробовал. Честно говорю – сел на синьку, там свои проблемы. Со всеми у меня здесь отношения нормальные, лояльные. Не налегай на синьку, не барагозь.

Прихожу сюда, в палатку, ночую. Летом то оно по барабану: лёг, поспал, а зимой, правда, спасает очень многих. Сами понимаете, все чердаки закрыты, все подвалы закрыты. А вот здесь – это выход. Тем более еда приезжает. Худо, бедно, а горячего можно поесть, чаю попить. Чтобы не трогать бабушек, Раскольниковым не быть (Смеётся). Ну согласитесь, проще сюда прийти за пищей, чем топориком махать. Нет, бывало, всё-таки приходилось добывать на хлеб незаконным способом, но не сейчас и не здесь. Раньше я на стройке работал. Отделаем квартиру, не заплатите – отделаем вас.

Ну вот и запил, и в семье бардак, и в душе бардак. Моему сыну 27 лет. С ним не общаюсь. Уходя, уходи. Покинул дом, когда ему было 14. Мне нечего будет сказать при встрече. А что? «Здравствуй, Витя, я твой папа?» Внучка третий класс заканчивает. Да… десять лет с женой прожили. Потом у неё инсульт. Я выпивал. А ей, сами понимаете, после инсульта нельзя. Она бесилась, ну, в каждом домике свои гномики. Вот и ушёл, чтоб и её не соблазнять. Два года без жилья уже. Да жильё я себе найду, было бы желание. Но синьку тоже уже не брошу. Если до этого выпивал, то сейчас, просто тупо пью.

Чтоб денег заработать, на свалках роюсь. Ищу части от холодильников и телевизоров. Это где-то 300 рублей. Если целый разобрать и сдать на приём, можно и побольше получить. У кого-то иногда беру. Примерно столько и стоит пять литров водки. Покушать — и знакомые есть, просрочка в магазинах найдётся. Кто как может, так и крутится. Кто-то побираться ходит, мол, «Дайте копеечку». Каждому своё. Мне вот так проще. И конечно, места надо знать, думать головой. А что много надо? Пачка сигарет Белорусских, моих, стоит 50 рублей.

Домом я считаю то, что оставил где-то там, в 2000-х. Проблемы с женой то не только из-за водки были. Жизненные они. Я понял, что не прав, она не права. Что нам делить? Дом? Она женщина хорошая, знаю. Вещи свои собрал и уехал. Но я оставил дом своему ребёнку, своей жене, какие бы у нас ни были отношения, я уверен, что сына она вырастит. Сейчас дом — это мои друзья, с которыми мы общаемся. Вот и всё. А как ещё? Дети мне сами предлагали: «Дядя Витя, переставай квасить, чтоб маму не соблазнять». Сейчас она в пансионате, а комната, где мы жили, сдаётся.

Я считаю себя свободным. Я могу сейчас пойти куда угодно, и всё. Что хочу, то и творю. Я бы лучше остался на улице, даже если бы мне предложили реабилитацию и возвращение в семью. Я не хочу ни заводить новый дом, ни возвращаться в старый. Будем честными, если бы я хотел, то бы давно уже сделал. Допустим, вот приду в рабочие дома, отмоюсь, отлежусь после спиртного, но мне же захочется всё равно выпить. Кому врать то? Вот и всё. А как ещё?

«Вот и всё. А как ещё?», изображение №7

По данным самой «Ночлежки» такая колоссальная помощь ежедневно спасает 150-200 человек, а один выезд стоит примерно 11 974 рублей. Год работы обойдётся уже в 2 957 629 рублей. В 2018 году волонтёры раздали 17 673 ужинов. Всего 2945 человек получили помощь в том же году. Такие колоссальные цифры показывают, какую важную работу каждый год проделывает «Ночлежка» и её акция «Ночной автобус».




    Детали работы
    ЛигаШкольная лига
    НаправлениеТекст | Школьники
    НоминацияСтатья
    АвторИван Марков
    Дата публикации25.01.2020
    Место публикацииYOUMEDIA
    avatar
      Подписаться  
    Уведомление о